Рубим баксы

Рейтинг сайта

Пообщаемся

Tak.ru



Полезное

Обменник, обмен webmoney в Украине
загрузка...

Полезное 2

<
ЧЕРКЕСИЯ
Автор: Администратор   
19.12.2011 06:08

       На территории в виде большого треугольника, образованного берегом Черного моря, рекой Кубанью и ее притоком Лабой,в VIII—X вв. из отдельных этнических групп сформировался народ, называющий себя адыге. В конце XIV в. после поражения, нанесенного Тимуром Золотой Орде, татаро-монголы покинули Северный Кавказ, который завоевали в XIII—XIV вв., оттеснив алан и половцев в горы. По-видимому, в конце XIV в. на опустевшие после ухода монголов земли в район Пятигорья продвинулось одно из адыгских племен — кабардинцы. Они получили название "восточные адыги", в отличие от причерноморских —западных. В XV в. часть кабардинцев и западных адыгов заселила верховья Кубани, образовав третью группу адыгского расселения.   

 

       Предков адыгов другие народы называли зихи, меоты, керкеты. В более поздние времена татары и турки именовали адыгов черкесами. Этим же наимено -ванием пользовались и русские, сохранилось оно и теперь как второе название адыгского народа. В настоящее время адыгами, или черкесами, именуют современных адыгейцев, кабардинцев и черкесов, населяющих Кабардино-Балкарию, Адыгею и Карачаево-Черкесию.

 

       Территория, где жили черкесы, не знала единой государственной власти. И в средние века, и в новое время черкесы составляли независимые друг от друга племена, во главе которых стояли князья. Племена были различны по численности, от небольших в 2—5 тыс. до могущественных в 160—200 тыс. человек. Втечение столетий число племен изменялось; некоторые племена исчезли или потеряли значение самостоятельных образований. (Так, крупное в XVII в. племя шегаков в 1812 г. почти полностью вымерло от чумы и остатки его слились с натухайцами.) В результате, согласно источникам, в XVII в. насчитывалось одиннадцать племен, в XVIII в. —восемнадцать, в середине XIX в. — вновь одиннадцать. Общая численность черкесов в первой половине XIX в., по сообщениям источников и подсчетам некоторых исследователей, составляла около 500 тыс. человек. Общественный строй черкесов отличался большой устойчивостью, не изменяясь на протяжении многих веков. Ему были присущи черты, характерные раннему феодализму. До конца XVIII в. все черкесские племена имели одинаковую форму правления: во главе племени стоял князь, считавшийся верховным владельцем всех земель, главой своего народа, предводителем вооруженных сил. В непосредственной вассальной зависимости от него находились знатные дворяне — уорки, первой обязанностью которых по отношению к князю была военная служба. Они составляли княжескую дружину и выступали по его зову на войну. Если у уорков были свои вассалы, то они должны были выводить и их. Этот слой менее знатных дворян также имел зависимых людей, которые вместе с ними несли военную службу. Свободные общинники в случае военной необходимости составляли народное ополчение. Номинально все князья считались равными между собой, но фактически их могущество и влияние различались в зависимости от числа подданных и имущественного положения: ведь чем больше уорков проживало во владениях князя, тем многочисленнее было его войско. Князья старались привлечь к себе на службу новых уорков, а иногда и жаловали в дворянство своих подданных-простолюдинов.

 
В конце XVIII в. три самых крупных черкесских племени — абадзехи, шапсуги и натухайцы — изгнали своих князей и установили в качестве верховной власти совет старшин, который принимал решения по всем важнейшим делам, в том числе и военным. о науке эти племена принято называть "демократическими", в отличие от остальных — "аристократических", сохранивших княжеское управление.
 
Жизнь черкесского народа проходила в борьбе за свою независимость. Черкесские земли дважды подверглись страшному нашествию монголов — в 1222 г. во главе с Батыем и в 1395 г. под предводительством Тимура. После нашествия Батыя черкесы стали данниками Золотой Орды, а затем отделившегося от нее Крымского ханства. Крымское ханство, которое само с конца XV в. находилось под властью Османской империи, считало черкесские земли своими. В действительности отношения носили характер вассальных (в современном понятии можно говорить о протекторате). Зависимость от Крымского ханства ограничивалась тем, что при восшествии на престол очередного хана из Черкесии присылалось 300 рабов — мальчиков и девочек. Кроме тоге, черкесы должны были участвовать в военных походах Крыма. Стремясь усилить свое влияние, ханы направляли в землю черкесов войска, но каждый раз наталкивались на их сопротивление.
 
Помимо борьбы с внешним врагом в Черкесии постоянно велись междоусобные войны князей. Их целью был захват скота, имущества и, главное, людей, которые затем, обращенные в рабство, обменивались на товары или продавались. Важную роль в работорговле играли генуэзские колонии Черноморского побережья Кавказа и Крыма. Установившееся с конца ХШ в. господство татаро-монголов способство -вало развитию работорговли. Итальянские купцы скупали у татар пленных черкесов и продавали их на рынках Ближнего Востока. После установления на Черном море османского господства турками предпринимались военные экспедиции для захвата рабов; крымские и турецкие купцы также покупали рабов у черкесских князей. Набеги на черкесские селения с целью захвата имущества и рабов продолжались в XVII, XVIII и даже в XIX вв.
 
В 1739 г. согласно русско-турецкому договору Кабарда была объявлена нейтральной страной; но уже по Кучук-Кайнарджийскому русско-турецкому договору 1774 г. Кабарда перешла в состав Российской империи. Закубанские адыги остались под протекторатом Крыма, хотя последний сам оказался вассалом не Турции, а России. По русско-турецкому Ясскому договору 1791г. за Турцией сохранялось все Черноморское побережье Северо-Западного Кавказа вплоть до Кубани. Как известно, в 1801 — 1810 гг. в грузинских царствах было введено российское управление, а в 1813 г. по Гюлистанскому договору с Ираном граница России передвинулась на Араке. Таким образом, Северный Кавказ оказался в тылу Российской империи. В 1816 г. на Кавказ был назначен главнокомандую щим А.П.Ермолов. Основным направлением его политики стало установление на Северном Кавказе реальной русской военно-административной власти. Для этого Ермолов предпринял перенос укреплений военной линии с Терека к подножию Кавказского хребта, что привело к потере горцами плодородных земель в Чечне, Кабарде и Северном Дагестане. Горцы ответили сопротивлением, возглавленным князьями. Так в 1818 г. началась Кавказская война. Часть кабардинских князей, не признавших русскую власть, ушла в горы и увела своих людей. Горцы стали совершать наезды на казачьи станицы, угоняя их жителей и скот. В ответ Ермолов направлял карательные экспедиции, разорявшие и сжигавшие селения, захватывавшие скот и взимавшие поборы с населения. Ожесточенная война между русскими войсками и населением Кабарды и Чечни продолжалась в течение 20-х годов XIX в. Ермолов добивался расселения местных жителей под надзор военных укреплений. По его распоряжению беспощадно вырубались леса и сады, сжигались селения. В результате, несмотря на вооруженное сопротивление, чеченцы и кабардинцы были оттеснены к югу, а на захваченных у них землях заложены русские крепости и города. И.Ф.Паскевич, сменивший в 1826 г. А.П.Ермолова, продолжал ту же политику.
 
Русско-турецкая война 1828—1829 гг. внесла изменения в положение западных адыгов. По Адриано-польскому договору 1829 г. Порта отказалась в пользу России от всех прав на берег Черного моря, от устья Кубани до Поти. (По сути Османская империя уступила России то, чем сама фактически не владела.)
Адыги не признали Адрианопольского договора, Россия же считала его юридическим основанием для распространения своей власти на территории, ими заселенные, и с 1830 г. стала проводить карательные экспедиции в глубь черкесской территории. В ответ началось освободительное движение. Наиболее крупные выступления закубанских горцев относятся к 1840 г. 
 
Антиколониальная борьба горцев сочеталась с антифеодальной. Начиная с 1840 г. на Западный Кавказ посылал своих наибов Шамиль, среди которых наиболее активную роль в 1848—1859 гг. сыграл Мухаммед-Амин. Власть Мухаммеда-Амина постепенно распространилась на всю приморскую Черкесию, включая территории абадзехов, натухайцев, шапсугов. Все подвластные ему земли теперь делились на семь округов. В каждом округе утверждался свой совет, в распоряжении которого находились вооруженные конныеотряды муртазикатов, составлявшие ядро постоянной армии. С каждого двора население должно было выставлять по одному конному воину, по первому призыву наиба являвшемуся на сборный пункт. Перед началом Крымской войны в 1853 г. Мухаммед-Амин попытался пробиться через Карачай для соединения с силами Шамиля, но эта попытка, как и другие, закончилась неудачей. Во время Крымской войны 1853—1856 гг. турки и англичане стремились побудить черкесов к активным военным действиям против России. Но черкесы вели себя пассивно, не желая быть орудием в чьих-либо руках. К тому же русские войска на Кавказском фронте действовали успешно. После окончания войны усилились наступательные действия царских войск на Восточном и Западном Кавказе. Освободи-тельную борьбу горцев возглавили два руководителя: демократического направления — упомянутый Мухаммед-Амин и князь Сфербей Заноко. Они не смогли объединиться для общей борьбы. Русские войска активно наступали, адыги отчаянно защищались. Пленение Шамиля в 1859 г. ослабило движение, и в том же году наиб Мухаммед-Амин дал присягу на верность российскому государю. В том же 1859 г. скончался Сефербей. Горцы воевали еще несколько лет, но постепенно сопротивление племен было сломлено: в 1860 г. капитулировали натухайцы, в 1863 г.— шапсуги и абадзехи, в 1864 г. —убыхи. В 1864 г. Кавказская война была закончена и в этом регионе.
 
Однако народам Северного Кавказа суждено было пережить еще одну трагедию — переселение со своих земель в Османскую империю. В науке существуют разные точки зрения на причины этого переселения: его объясняют принуждением со стороны царского правительства, агитацией турецких эмиссаров, ре-
лигиозными чувствами населения. Все это имело место. Действительно, в планы царского правительства входило выселение горцев со всего черноморского побережья, горцев насильственно изгоняли из родных аулов, предоставляя другие, как правило, менее плодородные земли. Иногда такие переселения совершались неоднократно. Все это побуждало горцев покидать свои края. Подобное стремление всячески поощрялось царским правительством, желавшим избавиться от воинственных и враждебных подданных. Была образована даже специальная комиссия, которая предоставляла денежное пособие желающим переселиться и оказывала помощь в предоставлении транспортных средств.
 
Горские феодалы, не добившись подтверждения своих владельческих прав на земли и крестьян и приравнения к положению русского дворянства (правительство откладывало решение этого вопроса) и убедившись в неизбежности отмены крепостного права, развернули агитацию в пользу переселения. Порта сначала была против переселения, а затем стала проводить активную пропаганду за него, обещая горцам спокойствие и безопасность.
 
В результате в течение 1858—1865 гг. с Северного Кавказа в Турцию переселилось примерно 493 тыс. человек, в том числе натухайцев — 45023, абадзехов — 27337,шапсугов — 165626, джигетов —11873, убыхов — 74567, бжедугов —10500, абадзинцев — 30000, бесленеевцев — 4000, темиргоевцев, мохошевцев, егерукаевцев — 15000, прикубанских ногайцев — 30650, кабардинцев — 17000, чеченцев —23193, 45 осетинских семейств /ИНСК,207/.Эти данные неполны,
в них не учтены многие горцы, покинувшие Кавказ без регистрации, судовладельцы же завышали число перевезенных. Считают, что в пути и в первое время пребывания в Турции половина переселенцев погибла от голода, холода, эпидемий и прочих невзгод.
 
В результате адыгские земли были заселены вновь образованными казачьими станицами из казаков Кубанского, Донского, Азовского, Терского и Уральского казачьих войск, а также крестьянами, переселившимися из внутренней России, солдатами и пр. Всего была образована 81 станица /ИНСК, 215/. Кроме того, колонии, деревни и хутора основывали переселенцы — немцы,греки, армяне.
 
 
Русское правительство из черкесской знати создало небольшое гвардейское войсковое подразделение. Еще в 1812 г. предполагалось учредить при особе императора "в виде особого благоволения к кабардинцам" наравне с другими лейбгвардии полками "особой гвардии" из представителей знатнейших кабард инских фамилий численностью в 100 человек, снаряженных и обмундированных по кабардинскому обычаю. Предполагалось, что они будут заменяться через каждые три или пять лет. Но из-за сильной эпидемии чумы это не осуществилось. Кавказско-горский полуэскадрон был сформирован только в 1828 г.;
первоначально в нем проходили службу 12 князей и знатных дворян из Кабарды. Горцы служили заранее оговоренный срок от одного до трех лет, затем их заменяли другие представители горской знати. Такой порядок позволил приобщить к русскому образу жизни большое число горцев. Численность полуэскадрона составляла 100 человек /Бларамберг, 917/. Де Бесс утверждал, что службу проходило 500 человек /Бесс, 335/. 1 февраля 1882 г. полуэскадрон был расформирован Александром III. Наряду со строевой службой в полуэскадроне велась подготовка к получению обер-офицерского чина. Всего за 54 года существования полуэскадрона 754 горца было выпущено обер-офицерами и 230 прапорщиками милиции. Обмундирование офицеров состояло из синей черкески с черным бешметом, красной куртки с белым бешметом.
 
                                   
Стрелять в цель высоко ценилось во всем черкесском обществе. Ведь во время войны не только дворяне должны были воевать, эта обязанность лежала и на крепостных крестьянах, выходивших со своим владельцем, и на свободных общинниках. Дети простых людей воспитывались дома, но также получали все элементы военной подготовки. В результате все мужчины владели военным делом, совершенствуя свое военное искусство в разнообразных военно- спортив ных соревнованиях, очень распространенных в черкесском обществе. Эти соревнования сопровождали различные события жизни.Так, на поминках, происходивших в годовщину смерти знатного человека, устраивались скачки и джигитовка, а затем стрельба в цель с коня и стон. Искусство владения черкесами оружием поражало европейцев. Так, Джемс Белл, английский политический агент, живший среди черкесов в 1837—1839 гг., обратил внимание на одного молодого человека, выделявшегося среди товарищей могучим сложением, гибкостью и живостью, который показал кроме "замечательного искусства управлять лошадью и уменья на всем скаку вынуть ружье из чехла, поднять курок и выстрелить в шапку, брошенную на землю, еще и другое проявление ловкости... а именно, выпрыгнуть из седла на землю и почти в то же мгновение зарядить ружье и выхватить саблю из ножен" /Белл,475/.
 
Численность вооруженных сил черкесских племен в общих чертах определил турецкий географ и путешественник XVII в. Эвлия Челеби. Описывая осаду турками в 1640 г. Азова, захваченного донскими казаками, он сообщил, что от 10 черкесских племен в турецком войске находилось 40 тыс. отборных воинов
/Челеби, II, 28/. В 1666 г. он же посетил земли одиннадцати черкесских племен и составил перечень вооруженных сил их князей. Турецкий географ сообщал, что племя шегаке, насчитывавшее 10 тыс. человек, располагало 3 тыс. конных и пеших воинов; князь племени большая жанэ возглавлял десятитысячный отряд конных и пеших, а у малой жанетии было всего 3 тыс. воинов. (Племя жанэ в начале XIX в. было почти истреблено в столкновении с татарами, его остатки слились с натухайцами.) Князь племени хатукай был "владельцем 8 тыс. хорошо вооруженных воинов"; семеро братьев-князей племени болоткай (по-видимому, темиргоевцев) имели в своем распоряжении тысячу (по другой редакции — 10 тыс.) "отборных воинов"; глава бжедугов (Челеби пишет бузудуков) командовал 3 тыс. человек. Бссленеевцы могли выставить 5 тыс. воинов. Князья племен Кабарды распоряжались в общей сложности 10 тыс. человек, а
страны "Таустан" (Малой Кабарды)— 12 тыс. и т.д. Всего, согласно Эвлия Челеби, Черкссия могла выставить 64 тыс. воинов и еще 38 тыс. принадлежали союзным адыгам ногайцам (у племени чобан — 20 тыс., племени новруз — 10 тыс., дсви —8тыс.) /Челеби, II, /. Генерал-лейтенант русской службы Иван Федорович Бларамберг, получивший в 1833 г. задание составить описание народов Северного Кавказа, полагал, исходя из обшей численности населения, проживавшего в 60 тыс. дворов (примерно 514 900 жителей), что черкесы могут выставить более 60 тыс. человек, считан по одному воину с каждого двора /Бларамберг, 401/.
 
Войско каждого князя состояло из трех частей. Князь и высший слой дворянства — уорки — составляли профессиональное войско, которое было прекрасно вооружено и снаряжено. Оно было конным. Каждый всадник имел защитное вооружение, состоящее из шлема, кольчуги, налокотников, кольчужных перчаток. Наступательным оружием в до огнестрельный период являлись лук и стрелы, дротики и копья, мечи и сабли. Джиованни Лукка, префект доминиканской миссии в Каффе (Феодосии), составивший описание черкесов около 1625 г., писал: "Они мечут стрелы вперед и назад и ловко действуют шашкой. Орудием для нападения, кроме лука, служат им копья и дротики. Голову защищают они кольчатым шишаком, покрывающим лицо" /Лукка, 71/.
 
Вторую часть войска составляла также дворянская конница, предоставленная вассалами наиболее знатных уорков. Эти всадники должны были выводить с собой, в соответствии с достатком, своих зависимых людей — крепостных крестьян или слуг. Крестьяне и слуги составляли третью часть войска. В случае большой военной опасности к ним присоединялись и свободные крестьяне. Защитного вооружения воины крестьяне не имели.
 
Видимо, об этой части войска писал Эвлин Челеби: "Их пешие воины все имеют ружья и стреляют свинцовыми пулями так метко, что попадут в глаз блохе" /Челеби, II, 59/. Сложившийся порядок сохранялся и в начале XIX в. В труде русского исследователя Кавказа СМ. Броневского, написанном в 1810 г., говорится: "Всякий первостатейный уздень (здесь уорк. —Э.Л.) обязан поставить известное число воинов, распределенных по числу дворов и по другим местным удобностям. По собрании сих участников, старший в своем роде князь ведет их против неприятеля, сохраняя всегда начальство над своим участным отрядом. Каждый отряд состоит из панцирников, простой одетые в панцири с ближними их людьми, составляют отборную конницу наездников, прочие разделяются на простую конницу и, смотря по обстоятельствам, на пехоту, в коей служат одни крестьяне, открывая звание стрелков при случае защиты тесных проходов" /Броневский,122/.
 
В черкесском обществе право владеть оружием имели независимые сословия. Зависимому населению в случае нужды оружие предоставлял их господин. Французский консул в Каффе в 60-х годах XVIII в. Карл Пейсонель сообщал: "Беи,знать и сипаги одни имеют право носить оружие или иметь его у себя; это воспрещается всем подданным сервам. С тех пор как знатный стал беем, его единственная забота —обеспечить себя достаточным количеством оружия для вооружения всех подданных его владения; когда он идет на войну, все кулы, которые должны за ним следовать, приходят к нему за луками, стрелами, саблями, ружьями и пистолетами; по их возвращении они приносят на склад оружие, которое взяли" /Пейсонель, 201/*.
 
 
 Кольчуга, шлем и лук составляли вооружение князя или дворянина; если допустить, что этим вооружением и разрешалось пользоваться простым смертным (утверждают, что это им не разрешалось) , то все же эти предметы стоили слишком дорого, чтобы они могли бы стать общим достоянием, ни один из них не изготовлялся в стране " . Многие из этих кольчуг были непроницаемы для пуль, и в то же время, когда еще огнестрельное оружие мало употребляли, один храбрый и сильный человек был сам себе господином; кроме того, его защиты должны были искать все, кто находился по соседству и кто не пользовался правом иметь такое же оружие или не имел средств, чтобы вооружиться, как и он. Ноте две причины, которые я привел, вызвали большие изменения. Кольчугу, за которую приходилось отдавать от 10 до 200 быков (в зависимости от качества), можно теперь приобретать за половину се прежней стоимости (ввиду того, что теперь, как убедились, она не может служить защитой от пущечных выстрелов), вместе с тем лук — значительно менее действеннее и к тому
же более дорогое оружие, чем ружье и пистолет. Сейчас каждый пастушок обладает или ружьем, или пистолетом, а иногда и тем, и другим. Многие из токавов и даже рабов стали путем торговли (заниматься торговлей всегда считается унизительным для двух других сословий) значительно богаче, чем большинство дворян и князей, и поэтому имеют возможность приобрести все, что необходимо для своей защиты" /Белл, 499/. Писатели, ученые, путешественники, посетившие Черкесию в первой половине XIX в., оставили описание виденного ими черкесского оружия. Г.-Ю. Клапрот, русский академик, ученый-ориенталист, побывавший на Северном Кавказе в 1807—1808 гг. с научными целями, писал о черкесском вооружении:  "Черкес никогда не выйдет из своего дома невооруженным, по меньшей мере он носит обычно саблю или кинжал у пояса, на плечах у него бурка (по-черкесски джако, по-татарски ямач и по-армянски япиндж'и). Полным вооружением считается, кроме ружья и пистолетов, кольчуга (афе), небольшой шлем (кипха) или большой (таш>, железные перчатки (аштельт), нарукавники (абшумбух). Если они выезжают в поле или наносят визиты, то бывают вооружены луком и колчаном со стрелами. Щит же у них не распространен. Все их оружие вообще прекрасного качества, но очень дорогое. Комплект оружия князя оценивается примерно в две тысячи рублей серебром" /Клапрот, 266/. Это описание дополняет Жан-Шарль де Бесс, венгерский ученый, предпринявший в 1829г.поездку на Кавказ так-же с научными целями. "Когда черкесы одевают парадную форму, они носят кольчугу, называемую афех, маленький шлем, кипха; их манто, бурка, делается из мохнатого войлока; черкесы называют его джако, а татары — ямаче; простолюдины носят кусок козьего меха, чтобы укрываться от дождя; в плохую погоду они носят на голове своеобразный капюшон, именуемый башлык. Свои ружья, "молоток" они носят на ремне и укрывают в кусок козьей или барсучьей шкуры, не пропускающей воду и влагу. К поясу, "каес", они прикрепляют единственный пистолет; спереди на поясе висит длинный кинжал, а на боку — сабля. Подобное черкесское вооружение перенято даже офицерами черноморских казаков и на всей Кавказской линии" /Бесс, 335/. Кольчуга и другие части защитного вооружения надевались при походах или в торжественных случаях. Повседневно черкесские воины носили костюм, общий Для всех слоев общества. Он состоял из рубашки, двух кафтанов, штанов, ноговиц, обуви и шапки. Этот костюм был очень удобен в обычной, будничной жизни, для верховой езды и военных походов. Недаром он был перенят у черкесов другими народами Кавказа, а также русскими казаками.
 
 
Генерал-лейтенант И. Ф, Бларамберг, несколько раз побывавший на Северном Кавказе в 1830—1840 гг. и тщательно изучивший этот край по сведениям, собранным в штабе Отдельного Кавказского корпуса, писал: "Главная роскошь у черкесов состоит в их оружии; хотя их особенно интересует само качество оружия, они все же неравнодушны и к богатому украшению оружия. Их сабли, кинжалы, пистолеты, ружья, сбруя и так далее покрыты украшениями из серебра и золота превосходной работы. Седла и ножны шашки украшены галунами. Они никогда не продают свое лучшее оружие, и оно обычно переходит но наследству от отца к сыну" /Бларамберг, 364/.
 
Так как оружие имело высокуматериальную ценность, то оно играло большую роль при жизненно важных расчетах. В плату за невесту — калым — всегда входило оружие. Д'Асколи, возглавлявший в 1625—1634 гг. доминиканскую миссию в Каффе, писал: "Отцам и братьям намеченных девушек молодые чиркасы дают в приданое некоторое количество коней, кольчуг, красивых мечей, платьев, серебряных чаш, смотря по тому, сколько они потребуют того или другого" /Д'Асколи, 65/. Но и позже условие осталось прежним. У П. С. Потемкина, командующего Кавказским корпусом, находим (1784 г.): "Жених должен платить за невесту калым, то есть вывод, рыцарскими доспехами, как-то: панцирями, наручами, ружьем и тому подобным" /Потемкин, 362/. О калыме, состоявшем в XIX в. из скота и оружия (сабель,ружей, кольчуг), пишут Г.-Ю. Кланрот, Ж.-В. Тэбу дс Мариньи, посещавший причерноморскую Черкесию в 1818—1824 гг. И. Ф. Бларамберг сообщил более подробно, из каких видов оружия состоит калым: у князей и дворян обязательны кольчуга, шлем, боевые перчатки и налокотники, шашка, мальчик-раб,восемьбыков, конь, лошадь; остальная часть калыма выплачивалась в виде 20быков, ружья и пистолета. У простолюдинов непременную часть калыма составляли ружья с серебряной насечкой, две лошади, два быка, 10 баранов и коз, медный котел; остальное в виде рогатого скота выплачивалось в течение трех последующих лет /Бларамберг, 383/.
 
Таким образом, мы видим, что в дворянский обязательный калым и в XIX в. входили защитный доспех и шашка, а в простонародный —ружье, т.е. по-прежнему дворянин был всадником в защитном вооружении, а простолюдин — стрелком из ружья. Оружие входило также и в уплату штрафа за убитого. В плату за кровь дворянина включались панцирь, шлем, шашка, налокотники, ружье, серебряный кубок, хороший конь, 23 лошади, быки /Дубровин, 230/. Немного иной набор приводит И. Ф. Бларамберг: шлем,кольчуга, шашка, хороший конь,семь рабов и другое имущество /Бларамберг, 393/. Как видим, в части, касающейся оружия, эта плата совпадала.
 
 
Оружие играло большую роль при свадебном обряде. Во время свадьбы устраивались скачки и стрельба в цель; в песнях, которые пелись на свадьбах, прославлялась воинская доблесть. На свадьбу мужчины приходили в кольчугах. Свадебный поезд — арбу с невестой —con ро пождал и всадники с песнями и стрельбой из ружей и пистолетов. Выстрелы, дым от которых стлался туманом, постоянно звучали во время свадьбы. Мастерски исполненный танец или музыка в знак одобрения сопровождались пальбой. "Даже к такому, казалось бы, мирному развлечению, — писал Д. Белл в 1837 г., —должно всегда здесь примешиваться нечто воинственное: так, ежеминутно раздавались выстрелы из пистолетов над кругом танцующих, и непрестанно этот круг находился под угрозой быть прорванным под натиском всадников (некоторые вожди принимали в этом участие, но никто из них в танцах), которых, однако, сдерживает кучка молодых пеших людей, старающихся визгом и ударами ветвей пугать коней" /Белл, 481/.
 
Оружие составляло главное убранство комнаты. Существовал обычай, согласно которому черкесы, входя в дом, "отдают слугам все свое оружие, которое тут же развешивается на стенах рядом с оружием хозяина", они "оставляют при себе только кинжал, с которым не расстаются никогда". Дом натухаевского князя Индар-оглы имел "гостевое помещение, где стены были украшены саблями, кинжалами, луками, стрелами, пистолетами, ружьями, шлемами и большим числом кольчуг". "При входе с нас также было снято оружие", — сообщал Тэбу де Мариньи /Мариньи, 296, 307/. Французский ученый Дюбуа де Монпере, посетивший Черкссию в 1833 г. и подробно ознакомившийся с ее жизнью, подтверждает, что "единственным украшением стен жилища князя является оружие
всех видов, кольчуги, луки, стрелы и т.п., развешанные на гвоздях". И добавляет: в доме "одежда и оружие развешиваются на деревянных крюках" /Монпере, 436, 438/. По словам Джемса Белла, стены комнаты в черкесском доме "покрыты циновками прекрасной работы", "на них тесно располагался ряд деревянных колышков для того, чтобы вешать на них оружие гостей" /Белл, 464/. Итак, значительная численность вооруженных отрядов, участвовавших в постоянных набегах, усобицах, борьбе за независимость, много образный состав вооружения, разработанная система обучения военному искусству, высокий социальный престиж воина, социальное неравенство разных слоев в праве на владение теми или другими видами оружия, наконец, роль оружия в обшественном быте — все
это говорит о большом весе военного уклада в жизни черкесов. Естественно, что в подобном обществе важное значение придавалось производству и ввозу вооружения, а также его традиционно развитому украшению.
 
 
 

 


Карта сайта