Рубим баксы

Рейтинг сайта

Пообщаемся

Tak.ru



Полезное

Обменник, обмен webmoney в Украине
загрузка...

Полезное 2

<
Конское снаряжение
Автор: Администратор   
20.12.2011 10:31

 

В XV в., по свидетельству Д. Интсриано, конь мог принадлежать только знатному человеку. Он писал об адыгской знати: "они не терпят,чтобы их подданные держали лошадей, и если случится вассалу вырастить как-нибудь жеребенка, то как только он станет большим, его отнимет дворянин и дает ему взамен быков, присовокупляя такие слова: "вот это, а не конь больше подходит для тебя" /Интериано, 47/. Данные более поздних источников это свидетельство не подтверждают. Уже Эвлия Челеби сообщает о наличии у черкесских племен многочисленных конных отрядов /Челеби, II, 63—66/. Конечно, среди воинов этих отрядов были не только "знатные", т.е. феодалы, но и их вассалы, в числе которых находились простые люди. Тем не менее следует иметь в виду, что лошади у адыгов употреблялись преимущественно для верховой езды, а в горах под вьюк, но не для сельскохозяйственных работ, и поэтому далеко не всякий простолюдин мог позволить себе роскошь — владение конем. К тому же, по наблюдениям Дж. Лукка, черкесские лошади дороги, они ценятся из-за своей резвости "дороже татарских " .
 
Разведением лошадей для военных нужд и для продажи занимались на равнинных пастбищах Кабарды и Прикубанской низменности главным образом князья и крупные феодалы*. Здесь, по данным С. М. Броневского, в начале XIX в. было 58 больших конных заводов /Броневский, 229—230/. Каждый завод имел свое тавро, восходящее к тамге, которым больше никто не имел права пользоваться. Как уже отмечалось, тамга превратилась в существенный элемент черкесской орнаментики, особенно часто использовавшийся на конских уборах.
 
Черкесские лошади имели большой спрос на Кавказе, в Крыму, в России, Польше и Литве. По замечанию К. Пейсонеля, высокие, хорошо сложенные, чрезвычайно сильные и выносливые в беге, черкесские лошади высоко ценились в Крыму, где за них платили до 200 пиастров тогда, когда цена коня местной породы колебалась от 15 до 20 пиастров /Пейсонсль, 189, 197/. В XVIII в. в Кабарду специально для закупки лошадей приезжали покупатели из соседних русских городов и казачьих станиц.
 
Развитие коневодства влекло за собой расцвет отраслей, связанных с производством снаряжения для лошадей. Правда, часть конской упряжи ввозилась в Черкесию из Крыма, о чем подробно сообщает К. Пейсонель**.
 
Однако много конского снаряжения высокого качества производилось и в самой Черкесии. "Лучшие седла и лошадиные верхние уборы изготовляются ими и продаются соседним татарам", — сообщал И.-Г. Гербер в 1728 г. /Гербер, 154/. В XVIII в. производство седелв Кабарде было так распространено, что в 1788 г. Шейх-Мансур заказал в Большой Кабарде 20 тыс. седел /Вилинбахов, 129/. Как отмечал О. В. Маргграф, кабардинское или адыгское племя всегда производило оружие, седла, уздечки и прочие принадлежности убранства всадника, служившие образцами для других туземцев. Образец седельного набора, занесенного из Кабарды, до сих пор господствует на Северном Кавказе между горским и казачьим населением и называется "кабардинским" или "черкесским" /Маргграф, 158/. Черкесские седла пользовались большим спросом у казаков. "Казаки весьма уважают черкесские седла, — писал С. М. Бронсвский, — и стараются снабжать себя оными, в рассуждении отменной легкости и ловкости деревянных арчаков и прочности кожевенных тебеньков,
служащих вместо чепрака" /Броневский,142/.
 
В производстве снаряжения для лошади участвовали мастера нескольких специальностей: седельщики, шорники, кузнецы, серебряники.
 
Седельное производство. Кабардинское или черкесское седло относится к типу арчаков. Слово "арчак" означает остов седла или ленчик. В России в XVI—XVII вв. этот термин обрел специальное значение: арчаками называли небольшие седла с привязанной к сиденью подушкой. Легкое седло и сейчас называют арчаком.
 
Небольшое, легкое, довольно высокое черкесское седло опирается на спину коня двумя параллельными седельными полками. Узкая передняя лука, с закругленным верхом располагается перпендикулярно к седлу. Задняя, более широкая лука, также имеющая закругленный верх, плавно отогнута назад. Форма седла диктовалась военными целями — высокое седло придавало свободу посадке воина, а низкая задняя лука не мешала повороту в седле и возможности отстреливаться на скаку. Удобство черкесского седла отмечал
Д. Лонгворд: "Я привык к нему и по достоинству оценил его преимущества как боевого седла. Черкесы поворачиваются в нем с чрезвычайной легкостью и могут, подобно древним парфянам, стрелять назад на полном скаку, а также, держась за передний деревянный выступ, могут перегнуться почти под брюхо своего скакуна и на полном карьере поднять все, что угодно, с земли. Их
посадка на спине лошади по сравнению с тяжелым турецким или плоским европейским седлом кажется игрушечной; то же можно сказать и об их весе, который составляет половину первого и треть второго". Между тем "во время утомительных походов и набегов, которые они совершают, несколько фунтов больше или меньше веса всадника и упряжи могут иметь серьезное значение" /Лонгворд, 533/.
 
Наружная и внутренняя стороны седла, за исключением волок, оклеивались черной или красной кожей. Иногда верхние части лук и концы седельных полок (извести) оковывались серебряными пластинками— огибями. В более редких случаях серебряные пластинки покрывали луки и извести целиком и украшались черневым орнаментом и позолотой. Среди орнамента располагались надписи. С обеих сторон к седлу прибивались крыльца или крылья — куски тонкой и мягкой кожи с закругленным нижним краем, оторо-ченные галуном или бахромой.
 
Иногда крыльца расшивались растительным орнаментом, исполненным серебряными нитями. С обеих сторон седла на кожаных ремешках
укреплялись тебеньки — куски толстой кожи квадратной или закругленной формы, украшенные тисненым или раскрашенным геометри ческим орнаментом. Тебеньки защищали колени всадника от грязи и пота лошади. К седлу полагались кожаная подушка и потник, которые изготавливались в домах.
 
Как отмечалось, производство арчаков было развито в Кабарде, там почти в каждом ауле имелись свои седельщики. Особенно много — около сорока — мастеров насчитывалось в селении князя Докшукина, среди которых лучшими считались братья Хатахшуко и Ельмурза Асыновы. Седельщики имелись также в селениях 1-го участка Пятигорского округа (в Хату Анзорова было два, в Кайсым Анзорова — три, в Джанхотово — два, в Верхне-Кожоковом — один, в селении Нальчик — два мастера). Мастера работали в одиночку и компаниями (преимущественно в городах, куда на заработки отправлялась часть мастеров в свободное от сельских работ время). Хорошие мастера имели учеников, которые уплачивали небольшую сумму за обучение или учились на особо оговоренных условиях.
 
Производство седел не составляло единственного занятия мастеров, а служило скорее подспорьем к другим хозяйственным занятиям, поэтому размеры производства были относительно невелики. Каждый из братьев Асыновых, например, изготавливал в год 50—70 арчаков. По мнению одного из них, за шесть месяцев можно изготовить от 50 до 100 седел. Сбыт арчаков не представлял больших трудностей: изделия известных мастеров раскупались на месте производства или на базарах и ярмарках Владикавказа, Пятигорска, Георгиевска, Моздока и других городов, где седла приобретались казаками и горцами.
 
Материал для производства арчака приготавливался самим мастером или приобретался на стороне.Древесину на деревянную часть седла мастера рубили в лесах. Обычно употреблялось дерево самых крепких пород: карагача, клена, орешника и березы. (Считалось, что ольху использовали недобросовестные мастера.) Клей и кожу для оклейки арчака покупали в Нальчике, Пятигорске, Георгиевске и других городах*.
 
Инструментами седельных мастеров являлись топоры, мотыговидные инструменты и полукруглое долото, ножи с изогнутыми рукоятками. Все инструменты выделывались самими же мастерами. Производство арчаков считалось довольно выгодным ремеслом, так как арчак на месте ценился от 3 до 9 рублей и более /Маргтраф, 162—163/.
 
Все кожаные детали седла — тебеньки, подпруги, ремни — изготавливались мастерами-шорниками.
 
Шорное производство. Главными предметами шорного производства на Кавказе являлись принадлежности седла: обшивка, тебеньки,подпруги, уздечка, подушка и т. п. Наибольшей известностью на Северном Кавказе пользовались шор-
 
ные изделия кабардинцев. О.В. Маргграф отмечал, что кабардинским, или черкесским, шорным товаром славились Пятигорск, Нальчик, Георгиевск, Владикавказ, Екатеримодар, Майкоп. Там сбывали свой товар десятки шорников. Так, исследовавший крестьянские промыслы Г.Х. Мамбетов насчитывал более ста шорников, проживавших в конце XIX — начале XX в. в селениях Кабарды /Мамбетов, 52/.
 
Технология выделки кож описана в источниках. У всех кавказских народов шорные изделия выделывались не целыми кожами, а отдельными кожаными полосами самой различной ширины и толщины, которые обрабатывались животными жирами без применения квасцов. Для этой цели ремни погружались на двое-трое суток в холодную воду, после чего с размокших полосножом соскребались остатки мягких тканей и они подсушивались. При дальнейшей обработке влажные полосы, закрепленные одним концом неподвижно, пропускались между двумя  деревянными брусками. Помере вы-сыхания ремень пропитывали бараньим жиром и снова протягивали между брусками; эта операция повторялась многократно /Монпере,454; Бларамберг, 391/.
"Посленеоднократного повторения этой операции, — отметил Бларамберг, — ремень становится таким же мягким, как если бы он был сделан из лучшей дубленой кожи, и таким прочным, что его почти невозможно разорвать".
 
Ремни окрашивались в разные цвета; для уздечек и подхвостника употреблялся синий; в оранжевый цвет красились тренога и остальные ремешки на седле, иногда также подпруга. Краски были натуральными, их изготовлял сам мастер. Желтая краска получалась из ольховой коры, истолченной в ступе и настоенной в течение нескольких часов в горячей воде. Синяя краска производилась из особой синьки (ее местное название "кольга"), которую разводили в воде; красили ремни тряпкой. После высыхания ремни протирали суконкой до тех пор, пока краска не переставала оставлять свой след. После этого ремни натирали навощенной тряпкой или яичным белком, от чего ремни приобретали глянец.
Седельные подушки делались из покупного черного сафьяна или из простого опойка. Они имели четырехлопастную форму и набивались ватой, пухом и оленьей шерстью, последняя предпочиталась. Шили подушку иголкой: женщины шелкокою. Козевка представляла собою тонкий ремешок, приготовленный из кожи дикой козы или серны. Лучшей считалась для этой цели летняя кожа, снятая до того, как се попортят оводы. Кожа разрезалась на узкие ремешки, с обеих сторон которых срезались толстые слои, так что оставался только самый плотный прочный живец, немного толще писчей бумаги.Он-то и шел на козевку.
 
Потники изготавливались из сложенного в 6 или 8 слоев войлока, сшитого нитью или козевкой. Обычно войлок слегка смачивали водой и клали вместе с седлом на лошадь; через несколько часов езды седло "усаживалось" на потник. Затем войлок обрезался и округлялся у краев и на углах. Для хороших седел потники оторачивались сафьяном, который шился козевкой, придающей красоту и прочность. Под этот потник подкладывался сложенный вдвое другой войлок, окрашенный в разные цвета. Он должен был быть мягче и нежнее верхнего /Маргграф, 164—165/.
 
Важным видом шорной работы было изготовление ногаек, служивших средством управления конем Этот промысел традиционно был широко распространен в Черкссии и соседнем Крыму. О его развитии iХУНв.вТаманииТсмрюкесообщЗ' *ет Эвлия Челеби: "Тамань славите* в ряде другого плетеными ремнями татарскими хлыстами", для жителей Тсмрюка ловля рыбы и "производство черкесских ногаек из выделанных ремней являются занятием, из которого они извлекают прибыль" /Челеби, 11,45-46/. В 1822г. Роберт Лайэлл купил на Кавказе "большое число черкесских ногаек за 4, 10 и даже 15 рублей"; "у самых  дорогих ногаек, — сообщал он, — в рукоятке имеется кинжал. Все они прекрасной работы" /Лайэлл, 326/. Мастером, изготовившим ногайки, был Шора Ногмов, известный адыгский просветитель.
 
О. В. Маргтраф подробно описал устройство, изготовление и формы сбыта черкесских ногаек /Маргграф, 166—169/. Плеть изготавливалась следующим образом. Мастера покупали свежие шкуры, предпочтительно козы или оленя, ценою от 50 копеек до 8 рублей за штуку. Из большой шкуры выделывали более 14 ремней; в свою очередь из каждого ремня выходили одна-две плети. Ремешок, предварительно смоченный в воде, обрезался до нужной ширины. Затем с него снимался верхний слой, отчего он становился тоньше и легче обрабатывался. После этого тонкий ремешок складывался вдвое и его концы надевались на палочку, согнутую подобно луку. Один конец ремешка сворачивали в трубку, смачивали слюной, чтобы он слипся в виде цилиндра. Тот цилиндр обертывали вторым концом ремешка так, чтобы наружный слой закрывал внутренний, а концы оставались свободными. Затем ногайку вывешивали на солнце или на ветру, чтобы ее сердцевина сделалась твердой и упругой. Другой ремешок, длиной 1,8 м, разрезают на восемь а конец остается неразрезанным. Этот конец надевают на выструганную согнутую ветку (на более толстый конец) и начинают плести, т. е. одну половину ремешков завивают справа налево, а другую — наоборот, причем поочередно захватывают и переплетают их между собой. Каждый ремешок стягивается рукой, чтобы палка охватывалась плотнее и ремешки, прилегая друг к другу, переплетались туго, что достигается при помощи двух палочек; на каждой палочке вырезаны полукруглые образующие круги. С одного конца палочки соединены, с другого могут открываться как щипцы. Вставив в раздвинутые палочки стержень, или сердцевину плети, а затем сдавив их, сдвигают переплетенные части к началу или толстому концу плети, отчего переплетенные ремешки уплотняются и плетение получает более гладкий вид. После окончания плетения один конец прикрепляют к ручке. Для этого не свернутый в трубку конец размягчают и мнут руками, а к другому более тонкому концу прикрепляют удлиненный дохраняет плеть от ломки во время удара по лошади. При ударе нашлепка вызывает то щелканье, которым особенно щеголяют молодые наездники.
 
 
Ручки делают из особо твердого дерева, растущего в горах, — гордовника. Их обертывали ремешком или черным сафьяном, к концу приделывали роговые или костяные украшения, а высший сорт обвивали золотой канителью. Простые плети не имели украшений. Ручку простой плети обертывали тряпкой, чтобы она не скользила в руке, а тряпку пропитывали растопленным желтым воском с примесью медного купороса, отчего она окрашивалась в зеленый цвет. Ручки покупали обычно во Владикавказе или Нальчике ценою по 10—15 копеек за штуку. Плети продавались на месте изготовления или в городах и на ярмарках стоимостью от 50 копеек до 2 рублей и дороже. В каждом селении в Кабарде работали один-два мастера по производству ногаек.
 
В духовные школы, ученики в свободное время занимались этим ремеслом себе на жизнь. Лучшим специалистом по изготовлению ногаек считался Абдулла Тохтамышев (житель сел. Атажукина III), славился также Хакясс Мазасов, житель сел. Джанхотона. Кабардинским мастерам ничуть не уступали осетинские, среди которых называли Алагирея Дедакаева (сел. Магометанское Владикавказского округа) , Асланика Дадурова (сел. Карджимпри станции Дархкох), Ахмеда Дурова (близ станции Беслан), чьи изделия продавались от 1 до 5 рублей Кабардинские принадлежности для верховой езды продавались в лавках Екатеринодара, Майкопа, Баталпашинска и во всех уездных городах Кубанской области, где их главными покупателями были строевые казаки. Рядовой горец конское
 
снаряжение, за исключением арчака и железных частей, делал сам. Терские казаки из станиц по верхнему течению Терека также покупали преимущественно кабардинские изделия, изготовленные в Пятигорске, Георгиевскс, Нальчике, Владикавказе и Моздоке. Казаки из низовых станиц приобретали в городах Грозном, Аксае, Хасавюрте, Кизляре и на станичных ярмарках дагестанские и чеченские изделия,  образцу.
 
Кузнечные работы. Металлическое производство обеспечивало конский убор стременами и пряжками для стремян, подпругой, удилами, уздечками и пр. Эти изделия изготавливались местными кузнецами, которых в Кабарде вплоть до последней трети XIX в. было немного.
 
Всего по одному-двум хорошим седельным кузнецам насчитывалось в таких селениях Кабарды, как Когоскинское, Анзорово, Чесма, Джанхотовскос, Куденетовское*. Они работали только на заказ и брали довольно дорого с заказчиков. Пара стремян, на производство которой кузнец тратил два -три дня, продавалась за 3-5 рублей /Маргграф,165/.
 
Впоследствии число кузнецов начало расти: если в 1874 г. их было 34, то в 1878 г. — 70, в 1894 г. — 129, в 1916 г. — 200. К этому времени во многих селениях работало до Юкузнецов и более. Самой выгодной после оружия работой было производство принадлежностей к кабардинскому седлу.
 
Кабардинские стремена отличались от стремян других народов Северного Кавказа по форме, размерам и качеству. "Горские стремена и удила всегда поражали знатоков своей прочностью и изяществом; они изготовлялись обычно из целых кусков металла и холодным способом
тию прочности и надежности"
: /Хижняков, 48/.
 
 
 

 


Карта сайта